Детская психология
 

Библиотека


Отрасли        психологии


RSS Настроить


ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ
                  ДЛЯ АСПИРАНТОВ





Дети без семьи: (Детский дом: заботы и тревоги общества)

Книги, хрестоматии, монографии, сборники статей, методические и учебные пособия по детской психологии. Основные публикации по отраслям психологической науки и практики. Наиболее интересные и редкие издания, книжные новинки. Рецензии на публикации, отзывы специалистов, развернутые аннотации

Дети без семьи: (Детский дом: заботы и тревоги общества)

М.: Педагогика, 1990. – 160 с.
Добавить в закладки
Версия для печати
Отправить на e-mail
Комментарии (5)
Ключевые слова: особый ребенок 
В книге раскрываются особенности психологии детей, воспитывающихся в детском доме. Авторы рассказывают, чем эти дети отличаются от своих сверстников, растущих в семье, как видят окружающий мир, оценивают себя, поступают в трудных ситуациях, представляют свое будущее. У большинства из них имеются отклонения в личностном развитии, которые, хотя и не и столь крайних формах, встречаются и в неблагополучных семьях.
Для родителей, учителей и воспитателей, практических психологов детских домов и интернатов.

Резензия

Оглавление

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА I. ИЗ ДОШКОЛЬНОГО ДЕТСКОГО ДОМА —

В ШКОЛУ 7

Начнем с начала —

Игры для детей младшего школьного возраста 9

Тест школьной зрелости 11

О чем рассказал нарисованный человечек 13

Знаменитые феномены Пиаже 16

Просто взрослый или учитель? 20

Трудные и легкие задачи 22

Легко ли выполнять правила? 25

Первые итоги 29

ГЛАВА II. О ПСИХИЧЕСКОЙ ДЕПРИВАЦИИ 30

Лики депривации —

Сенсорная депривация 31

Потребность во впечатлениях 33

Двигательная депривация 39

Социальная депривация 41

Социальная изоляция в детском возрасте 46

Чувство «Мы» 47

ГЛАВА III. MAMA... MOTHER... MATER... MUTTER...

MERE... 55

Материнство как социально-культурный феномен —

Разные дороги любви 59

Материнский инстинкт: первые 24 часа 63

Об утятах и козлятах 66

Существует ли импринтинг у человека? 70

Материнская депривация 74

ГЛАВА IV. ДЕТИ ИЗ ДЕТСКОГО ДОМА 88

Locus minoris resistentiae —

Коэффициент интеллекта 91

Хорошо ли учится умный? 97

Три желания 99

Я хочу...Я мечтаю... 101

«Я, каким кажусь себе» 104

Образ Я 110

О любви к себе 113

Самоидентичность 116

Мультипликация материнской заботы 119

Общение со взрослыми 122

Реакция на фрустрацию 124

Общение с другими детьми 128

Индекс направленности агрессии 131

Индекс самостоятельности 138

Профессиональное самоопределение 141

Будущая семья 145

Хуже или другие? 151

ТРУДНОЕ ДЕТСТВО В XX ВЕКЕ.

(ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ)155

Предисловие

Эпоха гласности обнаружила множество «белых пятен» в окружающей нас жизни. Одним из них стала проблема детей, воспитывающихся в детских домах. Нельзя сказать, чтобы мы совсем не знали о существовании домов ребенка, детских домов, школ-интернатов, но масштабы стали известны лишь в самое последнее время, во многом благодаря усилиям Советского детского фонда им. В. И. Ленина. Сегодня в таких учреждениях растет около трети миллиона детей.

На страницах печати стали появляться статьи о жизни в детских домах и школах-интернатах, содержание которых, скорее, напоминает уголовную хронику: детям вкалывают аминазин, их привязывают к кроватям, бьют, ставят на колени, чуть ли не на горох, запугивают; в интернатах и детских домах расцветает воровство со стороны воспитателей и обслуживающего персонала и т. п. Одновременно перестали быть секретом вопиющая бедность этих учреждений и отсутствие самого необходимого. Значимость усилий, направляемых сегодня на наведение элементарного порядка и улучшение материального положения в детских домах и школах-интернатах, трудно переоценить (выделим, в частности, такой факт: постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 31. 07. 87 бюджет на содержание такого рода учреждений увеличен на 400 млн. рублей в год).

Однако проблемы жизни и воспитания детей в интернатах и детских домах этим не ограничиваются. Сегодня многие справедливо отмечают необходимость резкого усиления социальной заботы о здоровье детей-сирот, их правовой защите, полноценном включении в жизнь общества.

В подходе к этой проблеме наблюдаются две крайности, которые, намеренно заостряя, можно описать следующим образом. С одной стороны, существует представление, что дети из детских домов и школ-интернатов совершенно обычные, ничем не отличаются от растущих в семьях и все проблемы, связанные с ними, можно решить улучшением материального положения, подключением шефов, созданием нормальных условий обучения и воспитания. С другой стороны, распространена точка зрения, что сейчас в детских домах и интернатах практически нет здоровых детей, все воспитанники имеют соматические и психические заболевания, обусловленные прежде всего тяжелой наследственностью.

В определенном смысле и то и другое правильно.

Действительно, известен опыт лучших детских домов и интернатов, где детям хорошо, выпускники которых сравнительно успешно вступают во взрослую жизнь — учатся в высших учебных заведениях, трудятся в самых различных областях народного хозяйства, всю жизнь вспоминая интернат как свой родной дом.

Но вместе с тем никуда не уйти от фактов иного рода. Уже ни для кого не секрет, что большинство воспитанников детских домов отнюдь не сироты. Так, по данным одного из массовых обследований, проведенного НИИ физиологии детей и подростков АПН СССР, среди воспитанников интернатов преобладают дети, родители которых лишены родительских прав (68%); одиноких родителей (8%); родителей, отказавшихся от своих прав при рождении ребенка (7%); недееспособных родителей по болезни и родителей, находящихся в заключении (соответственно 7 и 4%); сироты и подкидыши (5 и 1%).

Таким образом, в детских домах и школах-интернатах большинство составляют дети, имеющие родителей, но или больных и недееспособных, или в основном тех, которых государство лишило родительских прав.

Лишение родительских прав в нашей стране возможно только по решению суда и только в тех случаях, когда «родители (или один из них) уклоняются от своих обязанностей по воспитанию детей или злоупотребляют своими правами, либо оказывают на детей вредное влияние»¹

Часто причиной лишения родительских прав становится вовлечение ребенка в противоправные поступки в качестве или жертвы, или невольного соучастника (изнасилование, хулиганство). По некоторым данным, лишение родительских прав в 88% случаев связано с тяжелым алкоголизмом обоих родителей.²

Сказанное означает, что с точки зрения соматического и психического здоровья, с учетом отягченной наследственности, неблагоприятного протекания пренатального развития, тяжелых условий жизни в раннем возрасте дети, родившиеся и выросшие в таких семьях, составляют по существу «группу риска».

Это подтверждается данными обследования, о котором упоминалось выше. Результаты комплексной оценки состояния здоровья воспитанников школ-интернатов показали, что среди них практически отсутствуют здоровые дети и подростки с нормальным развитием и уровнем функционирования организма (I группа здоровья). Воспитанники, имеющие функциональные отклонения (II группа здоровья), составляют до 10% в I—III и до 30% в IV—VIII классах. Наиболее многочисленной (до 70%) является III группа, в которую включены учащиеся, имеющие хронические заболевания в компенсированном состоянии. Воспитанники с хроническими заболеваниями в состоянии субкомпенсации составляют около 10% и относятся к IV группе. Для сравнения — в массовой общеобразовательной школе IV группа здоровья встречается лишь в единичных случаях.

В школе-интернате эту группу составляют в основном воспитанники, имеющие тяжелые нарушения психоневрологической сферы. В I классе к IV группе здоровья отнесено до 1/3 детей. У них имеются существенные отклонения в физическом развитии. Наблюдается его дисгармоничность, один из показателей которой — низкий (ниже среднего) рост, отмечающийся у 59% воспитанников младших классов интернатов и 36% подростков 10—16 лет, и нарушения осанки у 55% детей младших классов. У 43% первоклассников обнаружены остаточные проявления рахита (деформация костей черепа и грудной клетки) и т. п.

Широко распространены (около 90% случаев) расстройства психоневрологической сферы, а также общая соматическая ослабленность организма. У 10% воспитанников младших классов отмечаются нарушения в поведении типа психопатоподобного синдрома; каждый 3—5-й ребенок страдает энурезом или другими проявлениями неврозов; у подростков наблюдается патохарактерологическое формирование личности, а также астено-невротические состояния.

Обсуждаемая проблема — считать детей, воспитывающихся вне семьи, здоровыми или больными — чрезвычайно сложная и острая. Однако обе эти крайние позиции, с нашей точки зрения, игнорируют принципиально важное обстоятельство — специфику психического, или, точнее, психологического, развития детей в учреждениях интернатного типа, специфику, которая не определяется по критерию «норма и патология».

Исследования, проведенные во многих странах мира, свидетельствуют о том, что вне семьи развитие ребенка идет по особому пути и у него формируются специфические черты характера, поведения, личности, про которые часто нельзя сказать, хуже они или лучше, чем у обычного ребенка,— они просто другие.

Авторы этой книги в течение ряда лет вели психологическое исследование в одной из московских школ-интернатов для детей, оставшихся без попечения родителей. Подчеркнем, что этот интернат не был типичным учреждением подобного рода: он создавался как базовое учреждение Академии педагогических наук СССР для отработки модели школы будущего. Поэтому в него отбирались дети, совершенно здоровые в физическом и психическом отношении, штат был укомплектован высококвалифицированными педагогами и воспитателями; а материальное обеспечение по тем временам можно считать практически максимальным. Все это предоставило нам как исследователям по существу уникальную возможность увидеть особенности психического развития детей, растущих вне семьи, если можно так выразиться, в «чистом виде» — без отягчающего влияния факторов здоровья и явно ненормальных в социальном отношении условий воспитания. Материалы исследования легли в основу предлагаемой книги.

В ней будет рассказано о том, как идет развитие психики детей-сирот, чем отличаются мышление, эмоции, поведение таких детей, как строятся их взаимоотношения со взрослыми и сверстниками. Основное внимание мы сосредоточим на школьном периоде, однако, для того чтобы показать истоки тех или иных особенностей психического развития, будем обращаться и к более ранним возрастным этапам — преддошкольному и дошкольному детству.

Книга адресована родителям, что может показаться парадоксальным. Но с нашей точки зрения, именно понимание того, чего лишается ребенок, оставшийся без семьи, позволяет яснее увидеть, что может дать ребенку семья и что, кстати, она не всегда дает. Хотелось бы также надеяться, что книга будет полезна практическим психологам, работающим в детских домах и школах-интернатах, учителям и воспитателям таких учреждений.


1.СЭС. М., 1989. С. 1143.

2. См.; Трезвость и культура. 1986. № 2. С, 20—21

Заключение

ТРУДНОЕ ДЕТСТВО В XX ВЕКЕ. (ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ)

Кадры старой кинохроники, где грязные, оборванные дети бредут по дорогам разоренной первой мировой войной Европы, где беспризорники едут на крыше вагона, где застывшие глаза ребенка, единственного оставшегося в живых жителя вымершей от голода поволжской деревни 30-х годов. Страницы дневника Тани Савичевой, девочки, погибшей в Ленинградскую блокаду. Чудовищные экспонаты музея в Бухенвальде — ботиночки с номерами, игрушки, одежда замученных там детей. Плакат с изображенным на нем опухшим, со вздутым животом маленьким негритенком и надписью: «Треть детей мира голодает!» Газетная фотография — Припять: играющий ребенок и стоящий рядом милиционер в маске и противорадиационном костюме. Телевизионный репортаж о детях, больных СПИДом. Наконец, строки из письма молодой девушки в молодежный журнал: «Странное существо без лица танцует брейк. В одном кармане у него шприц, в другом — «Гамлет» в подлиннике, а на груди комсомольский значок. Что это? Это памятник «молодежным проблемам» конца XX века. И я не хочу, чтобы его увидели мои дети» [1]

Вот образы трудного детства нашего столетия.

На таком фоне проблемы развития ребенка, оставшегося без родителей, кажутся мелкими и совсем не страшными. И все же это явления одного порядка.

Может быть, самый емкий образ трудного детства XX века — «Иваново детство» А. Тарковского. Не случайно этот фильм так поразил одного из величайших философов нашего века — Жана-Поля Сартра, который увидел в нем не частную историю русского мальчика, «маленькой жертвы» войны, а трагедию самой Истории, трагедию невосполнимости ее потерь.

«Кто он, Иван? — пишет Сартр в статье, посвященной фильму А. Тарковского.— Безумец, чудовище, маленький герой? В действительности он самая невинная жертва войны: мальчишка, которого невозможно не любить, вскормленный насилием и впитавший его. Нацисты убили Ивана в тот момент, когда они убили его мать и уничтожили жителей его деревни. Однако он продолжает жить. Но жить в прошлом, когда рядом с ним падали его близкие. Мне приходилось встречать юных алжирцев, выросших посреди резни. Для них не было никакой разницы между явью и ночными кошмарами. Они были убиты, они хотели убивать и быть убитыми. Их героизм был порожден ненавистью и бегством от невыносимого ужаса. Воюя, в бою они искали спасения от страха; ночью, во сне они становились безоружными и возвращались в детство. Но вместе со снами возвращались и жуткие воспоминания, от которых они пытались избавиться. Таков и Иван. И мне кажется, что нужно отдать должное Тарковскому, так убедительно показавшему, что для этого ребенка, тяготеющего к самоубийству, нет различия между днем и ночью. В любом случае он живет не с нами. Его поступки и видения тесно переплетены. Посмотрите на его отношения со взрослыми. Он живет среди бойцов. Офицеры, славные, смелые люди, но люди «нормальные», не пережившие трагического детства, занимаются им, любят его, хотят любой ценой вернуть его в «нормальное состояние», отправить в тыл, в школу. На первый взгляд, ребенок мог бы, как в одной из повестей Шолохова, найти среди них человека, который заменил бы ему потерянного отца. Слишком поздно — ему не нужны даже родные: неизбывный ужас пережитой бойни обрекает его на одиночество. ...Маленькая жертва знает, что ей нужно: породившая ее война, кровь, мщение. Тем не менее два офицера любят мальчика; что же касается его чувств к ним, можно лишь сказать, что они не вызывают у него неприязни. Дорога любви закрыта для него навсегда. ...И все же он — ребенок. Его опустошенная душа хранит детскую нежность, которую он, однако, уже не чувствует и, тем более, не может выразить. ...Распахнутое небо, спокойные воды, бескрайние леса — это и есть жизнь Ивана, любовь и корни, которые у него отняты, то, чем он был, и то, чем он еще остается, но уже никогда не сможет об этом вспомнить; все это видят окружающие его люди, но сам он больше не видит. ...Обезумевшие от радости советские солдаты врываются в берлинскую рейхсканцелярию... III рейх славился своей бюрократией: на каждого повешенного имелся документ с фотографией и фамилией. На одном из них снимок Ивана. Повешен в 12 лет. В ликовании целой нации, дорого заплатившей за право продолжать строительство социализма, черная дыра — среди многих других — смерть ребенка, смерть ненависти и отчаяния. Ничто, даже грядущий коммунизм, не искупит ее. Нам показывают здесь без посредников коллективную радость и эту личную трагедию. Нет даже матери, которая могла бы испытать смешанное чувство боли и гордости, потеря абсолютна. Человеческое общество идет к своей цели, выжившие достигнут ее, однако этот маленький мертвец, крошечный зародыш, сметенный историей, остается как вопрос, на который нет ответа. Его гибель ничего не меняет, но заставляет нас увидеть окружающий мир в новом свете. История трагична. Так говорили Гегель и Маркс. Мы же в последнее время почти не говорим об этом, рассуждая о прогрессе и забывая о невозместимых потерях»[2]

Мы с трудом удержались от еще более подробного цитирования статьи Сартра — настолько точно раскрывается в ней философия и психология сломанного детства, раскрывается с огромной болью человека XX века. Эту боль предвидел, предсказал Ф. М. Достоевский, утверждая, что нельзя купить прогресс и вечную гармонию ценой страданий детей и даже слезой одного ребенка. Но это, увы, произошло.

Последствия войн, революций, катаклизмов, распада традиционных семейных связей с предельной ясностью обнаружили хрупкость детства, невосполнимость детского опыта, его драгоценность. Эти же социальные последствия послужили толчком для научного осмысления проблем трудного детства. Так, в начале века был открыт феномен госпитализма, впоследствии развернулись исследования материнской депривации, изучалась специфика психического развития в детских учреждениях. Все эти научные разработки направлены на поиски наилучших средств и способов помощи обездоленным детям. Но до сих пор человечество не придумало ничего лучше материнской, семейной заботы о ребенке.

Этот вывод хочется подчеркнуть особо. Не только в 20—30-е годы, но и в 60-е, как мы уже отмечали, многие видели преимущества воспитания детей в интернатах. Такая форма воспитания, в частности, представлялась разумным способом противостоять процессам распада, кризиса семьи. Однако выбранный путь оказался тупиковым. Сейчас во многих странах наблюдаются совершенно иные тенденции. Во-первых, где только возможно, идет отказ от воспитания детей в учреждениях интернатного типа. Во-вторых, наряду с деформацией и разрушением «горизонтальных» семейных связей (связей жена—муж, которые в результате разводов, повторных браков, нерегистрируемых отношений становятся часто весьма запутанными и далекими от традиционных культурных моделей) крепнут «вертикальные» связи — прародители—родители—дети. «Вертикальные» связи теперь реализуются также по другим каналам (скажем, в воспитании ребенка могут принимать участие и его родной отец, и новый муж матери, а также в различных комбинациях старые и новые бабушки и дедушки, о которых, в свою очередь, заботится поколение детей и внуков без однозначного соотнесения с родством), но ценятся все больше и больше. Подчеркнем, что подобные связи перестают быть лишь линией кровного родства, но превращаются в формы культурного наследования.

Процесс гуманизации, все больше охватывающий мир, привел буквально к буму усыновления, причем усыновляют самых разных детей — белых, черных, желтых. Сегодня в США, в Швеции, в ФРГ никого не удивляют семьи, где один ребенок белокурый, голубоглазый и очень похожий на папу, а второй — ни на кого не похожий смуглый выходец из Бангладеш. Усыновляют и больных, неполноценных. Устраивают для них спортивные соревнования, открывают специализированные клиники и центры, где детей не только лечат или содержат до определенного возраста, но и по возможности создают им полноценное, счастливое детство, не жалея для этого никаких средств.

Человечество постепенно и не без труда приходит к пониманию того, что так же, как надо беречь воздух, воду, землю на всей планете, надо беречь и всех ее детей, иначе будущее невозможно — не только светлое, но вообще никакое.

Горько сознавать, как отстали мы в выработке такого мироощущения. То есть, что касается абстрактной, лозунговой озабоченности бедами детей Африки или всех детей-сирот, то этого предостаточно. Но часто до тех пор, пока это далеко, пока это не касается тебя лично. Доминирующее общественное настроение, скорее, противопоставляет своих и чужих детей. Родители бывают недовольны и ведут энергичную борьбу, если часть учеников в классе, где учатся их дети, оказываются воспитанниками ближайшего детского дома; улучшение материального положения в учреждениях интернатного типа вызвало бурю возмущения,— дескать, почему дети алкоголиков и проституток должны питаться шоколадом, а дети, живущие в нормальных семьях, существовать практически у черты бедности. На детей-сирот списывается чуть ли не вся подростковая преступность. Семья, взявшая на воспитание детей, становится объектом пересудов и даже осуждения и т. п.

И все-таки появилась надежда. Организовали Детский фонд им. В. И. Ленина и программу «Космос — детям»; реже стали отдавать детей в интернаты и чаще усыновлять; разрабатываются разные проекты преобразования казенных детских учреждений. Эта надежда не в лозунгах и призывах, не в показных мероприятиях, а в конкретных делах, которые хорошо бы делать не только с энтузиазмом и добрым порывом, но и, наконец, по-умному и трезво, руководствуясь знаниями и опытом, накопленным человечеством.

Книгой, в которой рассказали о том, что знает психология о детях, растущих без семьи, мы стремились внести свой посильный вклад в то, чтобы эта надежда стала реальностью.


1.Спутник: дайджест советской прессы. 1989. № 11. С. 165.

2.Жан-Поль Сартр и Андрей Тарковский // Советская культура, 1989, 28 окт. С. 8.

 

Чтобы оставить комментарий, вы должны зарегистрироваться или авторизоваться.

Комментарии:

20.01.2012 | Ольга Циганкова  | Заголовок
Очень нужна эта книга для дипломной работы. Подскажите, как ее полностью посмотреть онлайн или скачать.
30.11.2009 | Станислав к  | Станислав В К
Как скачать
8.09.2009 | Наталья Токарева  | Заголовок
Как приобрести книгу
22.04.2009 | Антон Солдатов  | Заголовок
как её скачать
22.04.2009 | Антон Солдатов  | Заголовок
как её скачать
 

все комментарии

Мы не можем предоставить возможность скачать книгу в электронном виде.

Информируем Вас, что часть полнотекстовой литературы по психолого-педагогической тематике содержится в электронной библиотеке МГППУ по адресу http://psychlib.ru. В случае, если публикация находится в открытом доступе, то регистрация не требуется. Часть книг, статей, методических пособий, диссертаций будут доступны после регистрации на сайте библиотеки.

Электронные версии произведений предназначены для использования в образовательных и научных целях.

Новости Childpsy

05.06.2014

Новинки Электронной библиотеки МГППУ, доступ к электронным версиям произведений разрешен зарегистрированным пользователям


05.06.2014

Новинки Электронной библиотеки МГППУ, электронные версии произведений предназначены для использования в образовательных и научных целях


04.04.2014

Полнотексты диссертационных исследований




Каталоги


Медиатека

Все ролики

Персоналии


Общение


Наши партнеры


Факультет "Психология образования"


Центр игры и игрушки

Сайт для практических психологов Practic.ChildPsy.ru Подписка на журналы по психологии на PsyJournals.ru

Сайт для практических психологов

Практический психолог – www.practic.childpsy.ru

Сайт предназначен для практических психологов, работающих в системе образования Москвы и посвящен основным направлениям деятельности практического психолога.

Портал психологических изданий - PsyJournals.ru

Открыта подписка на электронные версии журналов по психологии:

Полный каталог журналов и сборников конференций по психологии (26)

Библиотека Диссертации Мероприятия Образование Новости
 
RSS-лентыEmail-подписка
 

© 2005–2013 Детская психология — www.Childspy.ru, Свидетельство о регистрации СМИ Эл № ФС 77-38247
© 1997–2013 Московский Городской Психолого-Педагогический Университет
© 1997–2013 Факультет Психология образования
Любое использование, перепечатывание, копирование материалов портала производится с разрешения редакции

  Яндекс цитирования Яндекс.Метрика
Инновационный проект МГППУ - iop.mgppu.ru